READ

К. И. Шафрановский. Работа в Книжной палате в 1919 году

Санкт-Петербург, Фонтанка, 20

Весной 1919 г. я кончал бывшую 8-ю гимназию1 (Васильевский остров, 9-я линия, д. 8). С осени 1918 г. в гимназии происходили большие перемены. Очень многие прежние преподаватели ушли. Некоторые уехали из Петрограда. Был назначен новый директор - молодой превосходный преподаватель русского языка Александр Дмитриевич Александров2. Положение с продуктами в Петрограде было тяжелым.

Есть все время хотелось. Сразу после окончания гимназии надо было думать о подыскании работы. Я обратился к А. Д. Александрову и сказал - не сможет ли он помочь найти работу. Он ответил, что в Книжной палате, где работает и он, как раз нужен молодой человек в отделе, которым ведает историк литературы Владимир Владимирович Буш3. Книжная палата находится на Фонтанке в доме № 20.

Я отправился на Фонтанку № 20, познакомился с В. В. Бушем, подал заявление и сразу был принят на работу. Я оказался в отделе Книжной палаты, где составлялась Книжная летопись. Отделом ведал не только В. В. Буш, а еще и Андрей Дмитриевич Торопов4.

Трудно сказать, кто из них был старшим, руководящим. А. Д. Торопов был фактическим основателем и редактором «Книжной летописи» с 1907 г., человек уже не молодой. Ему, конечно, принадлежали большие заслуги, он вошел в историю русской библиографии, работал в Главном управлении по делам печати. Человеком он был крайне правых дореволюционных воззрений. По взглядам устаревшим для 1919 г., но обладавшим большим опытом по изданию такого еженедельного издания как «Книжная летопись». Со времени начала своего издания «Книжная летопись» выходила без перерывов. Только один номер не вышел в дни февральской революции 1917 г. А. Д. Торопов был настойчивым, строгим. Такими должны были быть многие видные чиновники царского режима. Но когда я поступил на работу в Книжную палату, А. Д. Торопова не было. У него было имение в Смоленской губернии. Он получил командировку для того, чтобы побывать в имении и посмотреть, что в нем сохранилось, каковы взаимоотношения бывшего владельца с тем, что ему раньше принадлежало. Прежних свойств чиновника, предполагаемых мной, А. Д. Торопов после своего возвращения из Смоленской губернии ни в какой степени не проявлял. Он явно был осторожен и в отношениях со своими подчиненными и с В. В. Бушем.

В. В. Буш был историком русской литературы. Человек молодой лет 30. Характер у него был мягкий. Преподавал в Петроградском университете и в других учебных заведениях. Многие (относительно) ученые Петрограда среди тяжелого продовольственного положения Петрограда стремились уехать хотя бы на время в Ташкент. Там организовывался Среднеазиатский государственный университет. В. В. Буш в 1920 г. уехал в Ташкент, но пробыл там недолго. Вернулся в Петроград и скоро умер от воспаления почек.

По своим политическим взглядам В. В. Буш придерживался приблизительно кадетских взглядов, как и очень многие из числа интеллигентов и ученых, переживших февральскую революцию 1917 г. Никогда никаких недоразумений между В. В. Бушем и А. Д. Тороповым не бывало (при мне).

В комнате, где помещалась редакция «Книжной летописи», работало кроме руководителей еще два человека Бряньчиков5 и Лапина6. Бряньчиков был старым работником Главного управления по делам печати. Человек простой, обладавший исключительно красивым почерком. Фамилии авторов в описаниях для «Книжной летописи» надо было подчеркивать. Он делал это от руки с особенным уменьем: прямая линия, проводившаяся без линейки. У Бряньчикова была пишущая машинка. Он опасался, что ее могут реквизировать, и принес ее в Книжную палату.

Лапину постоянно занимал поручениями В. В. Буш. По этому поводу А. Д. Торопов <…>. Приходя на работу В. В. Буш сразу присаживался к Лапиной. Они составляли обзорное описание плакатов и объявлений, которое было напечатано со многими опечатками из-за перехода на новое правописание.

Комната в два окна была светлой (3-й этаж) с превосходным видом через Фонтанку на Инженерный замок. Рассматривали одно из окон, которое связывали с Достоевским.

В комнате стоял большой шкаф, в котором ставились получаемые книги и брошюры. Писавшие карточки (Бряньчиков, Лапина и я) брали их и принимались за работу. У каждого из писавших карточки на столе стояли весы. Каждое издание взвешивали и в описание записывали вес в лотах. Возле окон стояло четыре стола. За одним из них сидел А. Д. Торопов. В. В. Буш при приходе на работу присаживался за столом Лапиной.

Описания для Книжной палаты составлялись на разграфленных в типографии бланках: автор и заглавие, место издания, издательство и типография, вес. Кроме того, писалось еще на карточках международного формата: фамилии авторов, редакторов и карточки для предметного указателя.

После моего поступления в Книжную палату вышло несколько номеров «Книжной летописи». Но печатание стало затрудняться. Прежде всего не хватало бумаги. Меня посылали в Смольный, где тогда помещалось Государственное издательство, возглавляемое Ильей Ионовичем Ионовым7. Я получил распоряжение о предоставлении Главбумом бумаги для Книжной палаты. Но хуже обстояло дело с типографиями. Они совсем не работали. Мне пришлось ездить по многим типографиям, разговаривать со многими факторами. Во главе каждой типографии всегда стоял фактор. Но никакие переговоры не помогали. Изредка начинали набирать, а затем бросали. Так до переезда в Москву8 и не удалось наладить регулярного выпуска номеров «Книжной летописи».

Наконец из Смоленской губернии, из «командировки» возвратился А. Д. Торопов. Лет ему было больше 50. С торжественными слегка поседевшими бакенами. Он был членом ученого совета Книжной палаты. Пришел он с утра и сразу занял место за письменным столом заведующего редакцией «Книжной летописи». Все написанные карточки он проверял сам. Иногда говорил: ай-яй-яй.

Это значит, что при составлении карточки была допущена ошибка, которая исправлялась сразу же. О своей поездке для осмотра именья А. Д. Торопов как-то не вспоминал. Иногда говорил о царившем прежде порядке по изданию «Книжной летописи». Никаких запозданий по выпуску очередного номера не допускалось.

Каждый номер выходил не только с алфавитным указателем авторов, но и с предметным. А теперь предметный указатель перестали вообще печатать. В. В. Буш карточек не проверял. Он был занят с Лапиной составлением указателя плакатов и листовок. Но в случаях, когда получалась корректура «Книжной летописи», А. Д. Торопов ее просматривал.

А. Д. Торопов говорил, что в свое время «Книжной летописью» интересовался Столыпин и просматривал ее. В каждый понедельник в обязательном порядке очередной номер «Книжной летописи» должен был лежать на письменном столе П. А. Столыпина.

А. Д. Торопов был как будто бы одиноким человеком. Жил на Ивановской улице или в ее районе. Он собирал независимо от Книжной палаты коллекции плакатов, каких-то печатных произведений. Собранную коллекцию он продавал. Лапина говорила, что Главное управление по делам печати получало как будто бы 7 обязательных экземпляров. 6 экземпляров распределялось по библиотекам. По седьмому составлялась «Книжная летопись». И вот куда же поступал седьмой экземпляр, было совершенно неясно.

Позднее, когда я ушел из Книжной палаты, А. И. Малеин9 как-то говорил, что о чем-то можно было бы спросить у А. Д. Торопова, но он (А. И. Малеин) почему-то не разговаривал с А. Д. Тороповым в течение двух недель.

Когда я начал работать в Книжной палате, шла своего рода экспедиция на Украину, возглавлявшаяся как будто бы <…>. Хотели собрать и затем зарегистрировать издания, напечатанные на Украине после 1917 г. Книжная палата размещалась в доме 20 на Фонтанке. Старый дом, принадлежавший в свое время небезызвестному Голицыну10.

Находилось ли в нем до 1917 г. Главное управление по делам печати — не знаю. В 1924 в нем помещались и небольшие квартиры, занятые частными квартирами. Там еще и в 1924 г. происходили происшествия, свойственные дореволюционному времени. Кто-то из жителей облил кого-то серной кислотой. Вход из ворот налево.Три этажа. Во втором этаже помещался большой и хорошо обставленный кабинет Семена Афанасьевича Венгерова11. Зимой 1924–1925 гг. кабинет перевели в третий этаж для сокращения числа отапливаемых помещений. Дров не хватало. Во втором же этаже находились комнаты, где устраивалась выставка печати. Работы по устройству выставки велись под руководством Александра Сергеевича Полякова12. В отделе работали в числе других Елена Казимировна Гейдрих13 (бывшая владелица частной библиотеки на 8-й линии Васильевского острова14) и Николай Владимирович Глаголев15. Оба они перешли в дальнейшем в Библиотеку Академии наук.

А. С. Поляков был очень энергичным человеком. Заведовал Главной театральной библиотекой (за Александринским театром). Был редактором театрального журнала «Бирюч» и секретарем Русского библиологического общества. Он же выпустил последний том, служивший продолжением «Ежегодников императорских театров».

Умер молодым, ему не было и 40 лет от случайного воспаления легких. А. С. Поляков участвовал в спасении картотек и материалов 3-го отделения. Среди этих материалов были и материалы об А. С. Пушкине. А. С. Поляковым была выпущена книжка «Новое о дуэли и смерти А. С. Пушкина».

Выставка печати (последняя) была устроена и открыта Книжной палатой. Когда ее устраивали, С. А. Венгеров несколько раз осматривал ее и при осмотре повторял: систематичнее, систематичнее (это о расположении книг).

В соседней комнате с редакцией «Книжной летописи» находился Отдел регистрации и учета журналов и периодической печати. Во главе этого отдела стоял историк русской литературы Леонид Константинович Ильинский16. Он преподавал историю русской литературы в Петроградском университете. В отделе (не он один) работал Борис Иванович Коплан17, который потом (до 1929 г.) был ученым секретарем Института русской литературы (Пушкинский Дом). Отдел во главе с Л. К. Ильинским напечатал два указателя периодической печати, сохранивших свое значение до наших дней.

Л. К. Ильинский, как и А. С. Поляков, принимал участие в сохранении картотек и материалов 3-го отделения, которые были отвезены в февральские дни 1917 г. в Библиотеку Академии наук. У Л. К. Ильинского была неприятность. Щеголев18 начал его обвинять, что он задержал у себя дома материалы по истории литературы, оказавшиеся в 3-м отделении. Но не знаю — были ли эти обвинения достаточно обоснованы. Об этом писали в газетах. Л. К. Ильинский работал потом в государственном издательстве и выпустил несколько книготорговых каталогов, составленных весьма тщательно. Там Л. К. Ильинский получал порядочную зарплату и начал пить. От этого порока он не смог избавиться и погиб от алкоголя.

Александр Дмитриевич Александров заведовал отделом статистики печати. Но он был очень занят преподавательской работой. Может быть, этим и объясняется то, что его отдел в Книжной палате не выступил или не успел выступить с какими-либо работами в печати.

Во дворе дома по Фонтанке № 20 Книжная палата располагалась еще в квартире в несколько комнат. В нее свозили библиотеки, оставшиеся бесхозными. Квартира не была оборудована стеллажами. Книги складывались пачками на пол. Число их быстро увеличивалось. Множество этих книг послужили (после ликвидации Книжной палаты в Ленинграде) целого учреждения19, действовавшего долго и после второй мировой войны. Со временем Книжный фонд переехал в Петропавловскую крепость, в новую усыпальницу, где были устроены стеллажи в несколько ярусов. Через Книжный фонд прошло очень много книг. В их числе библиотека П. Н. Милюкова20 (историк). Долгое время Книжным фондом ведал Николай Николаевич Саранчин21. Но в начале его существования это был отдел Книжной печати. Во главе его стоял историк Василий Спиридонович Спиридонов22.

В. С. Спиридонов начал свою работу народным учителем. После работы в Книжной палате он недолго работал в Библиотеке Академии наук, где заведывал библиографическим отделом Русского отделения. Для этого отдела были приобретены картотеки Н. М. Лисовского23 и громадные картотеки В. С.24 Межова25. Последние находились в полном беспорядке. В. С. Спиридонов принимал меры по приведению их в порядок. Все они были заключены в картонные коробки, обклеенные зеленой бумагой. Все это должно было служить материалом для составления репертуара русских книг. Но заведующий Русским отделением Библиотеки

Академии наук Борис Петрович Гущин26 был против плана использования старых картотек для создания репертуара русских книг. Он считал, что репертуар русских книг должен создаваться действительно в Библиотеке Академии наук, но путем составления систематического каталога по обязательному экземпляру. Систему для такого каталога Б. П. Гущин предполагал обдумать сам лично.

Картотеками в зеленых коробках перестали интересоваться. Они много лет стояли на шкафах в коридоре Библиотеки Академии наук СССР. В конце концов я их передал в Институт русской литературы (Пушкинский Дом). Мне казалось, что они там будут сохраннее сравнительно с их положением на шкафах в Библиотеке.

В. С. Спиридонов был талантливым лектором по истории русской литературы. Свои лекции он читал увлекательно и очень доступно. Он преподавал историю русской литературы еще и в первые годы после Великой Отечественной войны.

Предполагалось, что под руководством Александра Иустиновича Малеина в Книжной палате будет налажено расписывание текущих журнальных статей. В отделе А. И. Малеина в числе других сотрудников работала Галина Всеволодовна Никольская27, долго работавшая потом в Гос. Публичной библиотеке им. М. Е. Салтыкова-Щедрина. Но в связи с переводом Книжной палаты в Москву (1920 г.) к этой работе по расписыванию статей едва ли удалось приступить.

При мне к Книжной палате был присоединен еще один отдел, возглавлявшийся Михаилом Густавовичем Флиером28. Позднее он работал в Ленинградском отделении Центрального государственного архива. Думаю, что по образованию он был историком.

У Семена Афанасьевича Венгерова в особой небольшой квартире пятого этажа над квартирой Семена Афанасьевича (комнаты три) были собраны картотеки personalia и биографические библиотеки о разных лицах. Все это должно было служить материалом для продолжения словарных работ С. А. Венгерова. Все эти материалы предполагалось передать в ведение Книжной палаты в виде особого отдела. В нем предполагалось вести разработку биографий писателей и других лиц.

Таким образом, руководящий персонал в Книжной палате состоял почти что целиком из историков литературы. Все они интересовались библиографией. До основания Книжной палаты они были связаны друг с другом, знали друг друга в качестве членов Русского библиологического общества.

Ученым секретарем Книжной палаты был Александр Григорьевич Фомин29. Историк литературы, издавший собрание сочинений Никитина30. Ученик С. А. Венгерова. Предполагал редактировать журнал «Ирида». Средства на издание журнала владелец издательства «Наука и школа» Кочки31, потом эмигрировавший вместе с несколькими профессорами Петроградского университета (годы НЭПа). Издание журнала «Ирида» не осуществилось. Позднее А. Г. Фомин вел очень большую педагогическую работу. Он преподавал русскую библиографию и на Высших курсах библиотековедения при Гос. Публичной библиотеке. Там он и разработал курс истории русской библиографии, очень тщательно продуманный. Сохранились записи этого курса, размножавшиеся на машинке. Программа курса А. Г. Фомина была напечатана.

У меня были очень хорошие отношения с руководящим составом Книжной палаты. Но меня призвали на военную службу. Я мог надеяться на освобождение от военной службы по глазам (близорукость). Но надеяться еще недостаточно. Я устроился на работу переписчиком на пишущей машинке в Инженерный склад № 2 отдела снабжения 7-й Красной армии. Там же в отделе снабжения 7-й Красной армии я перешел на работу библиотекарем. Все это заставило меня уйти с большим сожалением из Книжной палаты. Насколько я помню, это произошло в самом начале 1920 г.

Но в 1920 г. Книжная палата была переведена в Москву. Несомненно, что этому во многом содействовал Богдан Степанович Боднарский32. В Книжной палате усиленно говорили, что в Москве придется создавать фактически снова, что там только несколько ящиков для карточек и пока больше ничего нет. А здесь Книжная палата помимо штата сотрудников располагала значительным имуществом, картотеками.

Все же в Петрограде вместо Книжной палаты был создан Институт книговедения, который был подчинен Гос. Публичной библиотеке. Первое время директором этого нового института был С. А. Венгеров. Но он вскоре умер.

Два раза, сперва Книжная палата, а потом уже Институт книговедения организовывали очень удачные Курсы книговедения по самым разнообразным проблемам книговедения. Первые курсы продолжались месяц. Вторые примерно два с половиной месяца в летнее время. Лекции читали прежде всего руководящие сотрудники Книжной палаты. Они специально добросовестно готовились к этим лекциям. Так В. В. Буш выступал с несколькими лекциями по всеобщей истории книги. Прочитанные лекции В. В. Буш напечатал в виде брошюры. Ничего особенного брошюра не представляла, но показывала, с какой старательностью готовились лекторы к занятиям.

Затем на курсы в качестве лекторов приглашались еще разные лица, связанные с книжным делом: Галактионов Василий Галактионович33 (издательское и типографское дело); Илья Петрович Мурзин34 из библиотеки университета (библиотечная техника) и др.

А. Д. Александров был позднее директором бывшей 2-й гимназии на Казанской улице (улица Плеханова). Он жил в квартире бывшего директора этой гимназии. Я его встретил еще на Невском проспекте в 1942 г. во время второй мировой войны.

1920-й год был трудным для Ленинграда. Продовольствия не хватало. Все время хотелось есть. Улицы не освещались. На улицах многие люки оказались открытыми. В темноте люди в них

проваливались. На Марсово поле привезли гранитные камни, которые остались от постройки Дворцового моста. Из них сооружали памятник жертвам революции, погибшим в дни февральской революции 1917 г. В городе не было дров. Дома промерзли.

ПРИМЕЧАНИЯ


1 Директором 8-й гимназии в 1893–1896 гг. был поэт И. Ф. Анненский. В этой гимназии учились поэт М. А. Кузмин и писатель М. М. Зощенко. После революции ее классы стали аудиториями рабфака при Горном институте, в 1930-х годах — мастерскими института «Гипроруда» и проектного бюро «Рыбосудстрой». В 1936 г. сюда переехал Василеостровский райисполком. В 1961 г. здание передали василеостровскому Дому пионеров. С 1972 г. здесь размещается Дом юного техника. — См.: Никитенко Г. Ю. Дома и люди Васильевского острова / Г. Ю. Никитенко, В. Д. Соболь. М., 2000. С. 345.

2 Позднее Александр Дмитриевич Александров (?–?) был директором бывшей 2-й гимназии на Казанской улице (улица Плеханова). Преподаватель русского языка, сотрудник отдела «Книжной летописи», затем заведующий отделом статистики печати Книжной палаты.

3 Буш Владимир Владимирович (1888–1934). Историк русской литературы, один из руководителей отдела «Книжной летописи» в Книжной палате. Внештатный сотрудник Пушкинского Дома с марта 1923 г., профессор Саратовского университета с 1924 г. по февраль 1931 г., ученый секретарь Института новой литературы (ИНЛИ) с марта 1931 г. — См.: Летопись Российской академии наук. СПб., 2007. Т. 4. С. 888.

4 Торопов Андрей Дмитриевич (1851–1927). Книговед, библиограф. Один из руководителей отдела «Книжной летописи» в Книжной палате, член ученого совета Книжной палаты. В 1876 г. открыл первую в Москве общедоступную детскую библиотеку. В 1889 г. основал Московский библиографический кружок (с 1900 г. — Русское библиографическое общество при Московском университете). С 1907 по 1920 редактировал «Книжную летопись». Заведовал Музеем книги при Научно-исследовательском институте книговедения в Ленинграде (1920–1925).

5 Бряньчиков (?–?). Сотрудник отдела «Книжной летописи» в Книжной палате, работник Главного управления по делам печати.

6 Лапина (?–?). Сотрудница отдела «Книжной летописи» в Книжной палате.

7 Ионов (наст. фам. Бернштейн) Илья Ионович (1887–[1942]). Поэт и литературный деятель. Член ВКП(б), входил в военно-боевую организацию РСДРП(б). До 1917 г. работал в легальном издательстве большевиков «Прибой». Первый председатель правления издательства Петросовета (впоследствии ЛО Госиздата — Ленгиз). В 1928–1929 гг. заведовал издательством «Земля и фабрика»; в 1931–1932 гг. работал в издательстве «Academia»; с 1932 г. — председатель акционерного общества «Международная книга». Издал несколько поэтических сборников.

8 К. И. Шафрановский в своих воспоминаниях постоянно упоминает о «переезде», «переводе» Книжной палаты в Москву. В этом он несколько неточен. Российская книжная палата, созданная в Петрограде 10.5.1917, наряду с регистрацией печатной продукции выполняла работу по библиографии и книговедению. В 1920 г. в Москве была создана Российская центральная книжная палата с функциями государственной регистрации и собирания вновь выходящей печатной продукции, а Российская книжная палата в Петрограде была преобразована в Петроградский институт книговедения. Оба учреждения были подчинены Госиздату РСФСР. В 1922 г.

Институт был передан в ведение Главного управления научных учреждений, в январе 1926 г. присоединен к Государственной публичной библиотеке и получил название Научно-исследовательского института книговедения (НИИК). В 1929 г. он был отделен от Публичной библиотеки и существовал как самостоятельное научно-исследовательское учреждение до его ликвидации в 1933 г. — См.: Книга : энциклопедия. М., 1999. С. 439.

9 Малеин Александр Иустинович (1869–1938). Филолог, переводчик, книговед, библиограф. Член-корреспондент РАН. В 1919 г. возглавил Русское библиологическое общество. С 1924 по 1930 г. в постоянном штате БАН (заведующий Кабинета инкунабулов, редких книг, иностранных рукописей и гравюр). — См.: Питулько Г. Н. А. И. Малеин как организатор Кабинета инкунабулов (1924–1930) // 275 лет Библиотеке Академии наук. СПб, 1991. С. 287–293.

10 Голицын Александр Николаевич (1773–1843). При Александре I — главноуправляющий Департамента народного просвещения, обер-прокурор Синода. Канцлер всех российских орденов. В 1817 г. стал министром духовных дел и народного просвещения. Учрежденное им Библейское Общество занималось распространением богословских сочинений, иногда не согласовывавшихся с основами православия. В 1824 г. уволен от всех должностей. В 1812 г. дом А. Н. Голицына был заново отделан.

В его доме в 1820-х годах находилось министерство народного просвещения. — См.: Кудашев Б. М. Вдоль реки Фонтанной. СПб, 1997. С. 55–56.

11 Венгеров Семен Афанасьевич (1855–1920). Историк литературы, библиограф, директор Института книговедения. Автор трудов о К. С. Аксакове, В. Г. Белинском, И. А. Гончарове, Н. В. Гоголе. Составитель многотомных биографических и библиографических словарей по русской литературе. Организатор и первый руководитель Российской книжной палаты, директор Института книговедения. — Книговедение : энцикл. словарь. М., 1982. С. 107.

12 Поляков Александр Сергеевич (1882–1923). Сотрудник Книжной палаты, руководитель Главной театральной библиотеки, секретарь Русского библиологического общества. Принимал участие в библиографических трудах С. А. Венгерова и Н. М. Лисовского. Вел отдел библиографии и хронику в журнале «Русский библиофил» (1914–1915). Входил в Комиссию по описанию русских журналов при Русском библиологическом обществе. Сотрудник Книжной палаты. Директор Центральной библиотеки русской драмы в 1918–1923 гг. (Театральная библиотека). — См.: Книговедение : энцикл. словарь. М., 1982. С. 421–422.

13 Гейдрих Елена Казимировна (?–?). Сотрудница Книжной палаты, ранее владелица частной библиотеки, затем сотрудница БАН. Проживала на Васильевском острове, 8 линия, д. 43. В этом же доме располагалась ее частная библиотека.

14 Частная библиотека Е. К. Гейдрих (8 линия Васильевского острова, д. 43). С 1860-х годов эта земля принадлежала семье видного зодчего А. И. Кракау, построившего Балтийский вокзал. Он и спроектировал в 1864 году для себя четырехэтажный доходный дом — ныне дом № 43. Там же находилась и его квартира. — См.: Никитенко Г. Ю. Василеостровский район / Г. Ю. Никитенко, В. Д. Соболь. СПб, 1999. С. 231.

15 Глаголев Николай Владимирович (?–?). Сотрудник Книжной палаты, затем сотрудник БАН. Проживал по тому же адресу, что и Е. К. Гейдрих (возможно, ее родственник). К. И. Шафрановский писал о нем: «Николай Владимирович Глаголев знающий библиотекарь. Привлекался к составлению библиографий для систематизации работ по математике, которую знал». — К. И. Шафрановский. Сотрудники БАН. (рукопись).

16 Ильинский Леонид Константинович (1878–1934). Книговед, литературовед, историк русской литературы. Руководитель отдела регистрации и учета журналов и периодической печати Книжной палаты (1917–1920) и библиографического отдела Госиздата (1923–1926). Председатель комиссии по описанию русских журналов 1-й четверти XIX в. Русского библиологического общества.

17 Коплан Борис Иванович (1898–1941/1942?). Сотрудник отдела регистрации и учета журналов и периодической печати Книжной палаты, затем ученый секретарь Института русской литературы (Пушкинского Дома), специалист по языку И. А. Крылова.

18 Щеголев Павел Елисеевич (1877–1931). Историк, литературовед, специалист по пушкинской эпохе. В 1906–1907 гг. вместе с Б. Я. Богучарским, при ближайшем участии В. Л. Бурцева, редактировал журнал «Былое». После Февральской революции был членом Чрезвычайной следственной комиссии Временного правительства и редактировал ее стенографические отчеты; тогда же возобновил (совместно с В. Л. Бурцевым, В. В. Водовозовым и Е. В. Тарле) издание журнала «Былое», выходившего до 1926 г. Издал ряд мемуаров декабристов, воспоминания современников о петрашевцах и др. В советский период опубликовал ряд интересных материалов по истории Февральской и Октябрьской революций. По почину П. Е. Щеголева и при его непосредственном участии Госиздат предпринял издание полного собрания сочинении А. С. Пушкина, проведенное целиком по рукописям.

19 Так у автора.

20 Милюков Павел Николаевич (1859–1943). Политический деятель,

историк, публицист.

21 Саранчин Николай Николаевич (?–?). Заведующий Государственным книжным фондом (ранее назывался отделом книжной печати). В 1923 г. в связи с сокращением штата Фонда обращался с предложением к Публичной библиотеке присоединить к себе Фонд «в качестве единого дублетного отделения», однако это предложение было отклонено. — См.: Шилов Л. А. Сотрудники Российской национальной библиотеки — деятели науки и культуры / Л. А. Шилов, Г. В. Михеева. СПб, 1999. Т. 2. С.

22 Спиридонов Василий Спиридонович (?–?). Историк, заведующий отделом книжной печати Книжной палаты, впоследствии заведующий библиографическим отделом Русского отделения БАН.

23 Лисовский Николай Михайлович (1854–1920). Книговед, библиограф. Работы по теории книговедения; указатели литературы. Основной труд — «Русская периодическая печать 1703–1900 гг.» (М., 1895–1915). Первым разработал и читал курс книговедения в Петроградском (1913–1917) и Московском (1916–1919) университетах. Был деятельным членом Русского библиологического общества в Петербурге и Русского библиографического общества в Москве. — Книговедение : энцикл. словарь. М., 1982. С. 319.

24 В авторском тексте именно так!

25 Межов Владимир Измаилович (1830–1894). Первый русский библиограф-профессионал. Составил многочисленные отраслевые (крупнейший — «Русская историческая библиография»), краеведческие («Библиография Азии», «Сибирская библиография») библиографические указатели, конволют «Туркестанский сборник» (416 тт.), каталоги книжных магазинов А. Ф. Базунова, Я. А. Исакова, И. И. Глазунова и др. Автор более 100 библиографических работ.

26 Гущин Борис Петрович (1874–1936). Один из крупнейших знатоков библиотечного дела Петербурга — Ленинграда первых лет XX в. и первых лет после 1917 г. С 1909 по 1935 г. — директор научной библиотеки Института путей сообщения. С 1924 г. — заведующий Русским отделением БАН. Усердием и трудами Б. П. Гущина заложена современная структура научно-технической библиотеки: создан первый карточный систематический каталог, основана информационно-библиографическая служба. Б. П. Гущин участвовал в проектировании и освоении нового помещения БАН. В 1935 г. репрессирован, реабилитирован в 1986 г.

27 Никольская Гали Всеволодовна (1897–1942). Сотрудница Книжной палаты, затем сотрудница Государственной Публичной библиотеки им. М. Е. Салтыкова-Щедрина. В 1919 г. окончила словесное отделение историко-филологического факультета Высших женских курсов. Изучала историю русской литературы XVIII–XIX вв. по рукописным материалам Пушкинского Дома и Публичной библиотеки, занималась в семинариях у С. А. Венгерова и одновременно с 1915 г. работала в его архиве и картотеке. В 1916 подготовила свою первую литературно-библиографическую работу «Петербург в русской литературе». С 1919 г. — член Русского библиологического общества. С 1917 г. — сотрудник Российской Книжной палаты (впоследствии Института книговедения). В 1926–1927 гг. работала в библиографической комиссии Губпрофсовета при библиотеке Дворца труда. В 1928–1932 гг. — научный сотрудник и секретарь Кабинета методологии литературы института речевой культуры (б. ИЛЯЗВ) под руководством В. А. Десницкого. В 1932 г. — предметизатор в библиотеке Ленинградского отделения Коммунистической академии. С 1933 по 1940 г. — в Государственной публичной библиотеке. По договору в 1941 г. начала составлять систематический каталог русского фонда Рукописного отделения ГПБ.

28 Флеер (в написании К. И. Шафрановского — Флиер) Михаил Густавович (?–?). Заведующий отделом Книжной палаты, затем сотрудник Ленинградского отделения Центрального государственного архива. В 1920-е годы работал продавцом в магазине Петроградского Дома искусств (ул. Герцена, д. 14), где продавались старые книги, гравюры, литографии и рисунки. В БАН имеется каталог «Русские портреты, 1917–1918 гг.» : сост. по материалам бывшей Российской книжной палаты М. Г. Флеер (Пг., 1921).

29 Фомин Александр Григорьевич (1887–1939). Историк литературы, книговед, библиограф. Ученик С. А. Венгерова. Ученый секретарь Книжной палаты, последний президент Русского библиологического общества (1927–1931). Преподавал курс истории русской библиографии на Высших курсах библиотековедения при Государственной Публичной библиотеке. Ученый хранитель Института книги, документа и письма Академии наук (1931–1936). В 1937 г. возглавил создававшийся библиографический сектор Пушкинского Дома. Автор серии персональных библиографий.

30 Никитин Иван Саввич (1824–1861). Русский поэт.

31 Кочка ? (?–?). Владелец издательства «Наука и школа».

32 Боднарский Богдан Степанович (1874–1968). Библиограф и книговед. Организатор и первый директор Российской центральной книжной палаты (1920–1921), директор Российского Библиографического института (1921–1922). Читал курсы библиографии и библиотековедения в вузах Москвы и Ленинграда. Член Русского библиографического общества при Московском университете с 1909 г., секретарь с 1910 г., председатель в 1920–1929 гг. Редактор издававшегося Обществом журнала «Библиографические известия» (1913–1929).

33 Галактионов Василий Галактионович (?–?). Преподавал издательское и типографское дело на курсах книговедения, которые организовывались Книжной палатой и Институтом книговедения.

34 Мурзин Илья Петрович (?–?). Сотрудник библиотеки Петроградского университета, с 1918 по 1924 г. — ее директор. Заведовал также библиотекой Географического общества. Сфера интересов — библиотековедение, библиография и биобиблиография. Автор статьи «О собрании инкунабулов библиотеки Ленинградского государственного университета».

0 коммент.:

Отправить комментарий